Размышления о важности частого Причащения и о подготовке к нему
Причастие Тела и Крови Христовых — это, прежде всего, Дар. Это Дар, который нельзя заслужить, к кото­ро­му нельзя подготовиться так, чтобы стать достойным. Некоторые считают, что если прочитают три канона и “Последование ко святому Причащению”, то они уже становятся достойными того, чтобы подойти к Чаше с Дарами. Но нужно понимать, что даже если вы прочитаете все каноны Октоиха, Миней и Триодей, то и это вас ни на йоту не сделает достойными великого Дара. Мы можем причащаться Святых Христовых Таин благодаря только милосердию Божию к нам, Его любви и снисхождению. Других условий, по которым мы можем принять Дар, не существует.

Молитвенное правило, которое мы читаем при подготовке ко Причастию, существует ради того, чтобы мы постарались внутренне настроиться на это великое таинство, чтобы иметь сердце “сокрушенное и смиренное, которое Бог не уничижит”. Это правило не может пребывать жестко фиксированным и должно быть индивидуальным, подобранным с учетом духовных потребностей и возможностей человека, степени его воцерковленности, состояния здоровья и ряда других факторов. Это правило может меняться также ситуативно, в зависимости, например, от усталости и занятости человека. Но я вижу, как из этого правила многие священники и миряне сооружают стену, которая становится непреодолимой преградой между человеком и Богом. Часто это приводит к тому, что причащаются редко, иногда даже раз в год или только в период постов. К сожалению, такая практика является изуродованной человеческими предрассудками традицией, и глубоко укорененной.
Если обратиться к церковной истории, то можно увидеть, что первые христиане причащались за каждым богослужением. Это было нормой, никаких “правил” и канонов тогда не существовало. Интересно, что если прихожанин не мог подойти ко Причастию по причине болезни или немощи, диаконы относили Святые Дары к нему домой. Так было на протяжении всего периода гонений, когда община жила ожиданием Пришествия Христа, когда жизнь христиан была подвигом.
После Миланского эдикта 313 г., сделавшим христианскую религию дозволенной, и позже, когда она стала еще и торжествующей, быть христианином стало предметом необходимости, а зачастую и выгоды. Напряженный поиск вечности в Боге отошел на второй план, и в Церковь вместе с формальными христианами вошел дух расслабленности. Как альтернатива этому обмирщению возникает монашество. В IV в. большая часть белого духовенства становится еретической, приняв арианство. Это привело к тому, что многие миряне потянулись к монастырям и там стали причащаться.
В те времена в монастырях практиковалось откровение помыслов, совершавшееся перед старцем, духовником монастыря, который мог и не иметь священного сана. Таким образом, Причастие начинает становиться связанным с Таинством Исповеди. Нужно сказать, что изначально исповедь в древней Церкви была совсем иной, чем та, которую мы видим сейчас. Человек исповедовал свои грехи и каялся в них перед Крещением, оставляя по ту сторону купели свою ветхую греховную одежду. Второй раз Таинство Исповеди могло применяться в случае отпадения человека от Церкви. Как правило, такая Исповедь была публичной и связывалась с отлучением от Причастия на определенный период. То, что мы сегодня произносим на Исповеди, касалось практики откровения помыслов, которая имела больше монашескую традицию. О прощении так называемых повседневных, мелких грехов мы молимся ежедневно в утренних и вечерних молитвах, на богослужениях. Дальнейшая практика взаимосвязи Исповеди и Причастия развивалась в разных Поместных Церквах по-разному.
В Русской Православной Церкви возникла традиция всегда исповедоваться перед Причастием. В Греческой Церкви эти таинства никак не связаны, и каждое существует независимо друг от друга. Но при этом, как всегда, любая крайность порождает искажения в духовной жизни. У греков это приводит к тому, что человек может года

 

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика