Во Христе нет «ни Еллина, ни Иудея, <…> варвара, Скифа, раба, свободного» (Кол. 3: 11), — говорит апостол Павел. Праведный Иоанн Русский засвидетельствовал эти слова своим подвигом.
Восточных славян иногда небрежно называют «иванами». Поэтому начальник оттоманской конницы Ага совсем не удивился, когда услышал имя своего нового раба. Для большинства война — драма, для многих — профессия, для некоторых — источник наживы. Ага принадлежал к последним и торговлю пленными воспринимал как нечто естественное.
В начале XVIII в. турки активно боролись за Причерноморье с Петром І. Во время одного из походов российская армия вместе с императором была окружена. Вынужденный «Прутский мир» отнял у Петра Азов и многих пленных бойцов. Турция наводнилась славянскими невольниками. Так Иоанн оказался в г. Прокопион (современный Ургюп).

Сегодня этот городок производит впечатление настоящей «глухомани». Природа напоминает крымскую, что в окрестностях Бахчисарая, вот только минаретов побольше, и в пещерах, которыми ископаны основания отвесных скал, все еще обитают люди. Всего в 50 км находится знаменитая Каппадокия — средоточие богословского просвещения в IV–V вв. В этих местах прославились Григорий Богослов, Василий Великий, Григорий Нисский; недалеко от Ургюпа когда-то подвизался Симеон Столпник. 

Каппадокия

Только вряд ли плененный Иоанн знал о былом величии этих мест. Его ожидал лишь каторжный труд. Многих из его соотечественников, которые оказались в положении невольников, турки склонили к принятию ислама. Для правоверного мусульманина обратить «неверного» было делом чести, и средства в этом вопросе подходили любые. 

г. Ургюп, Турция

Иоанна били, жгли волосы на голове, топили в навозе, но его ответ был неизменным: «Христианином родился, христианином и умру». В конце концов Ага сдался и перестал мучить раба, тем более что тот за свободу веры обещал преданно служить хозяину. И Ага не прогадал — в Иоанне он получил ценного работника, которого вскоре полюбили все домочадцы и даже лошади, всегда встречавшие его радостным ржанием.

Жил Иоанн вместе с лошадьми. Искусственная пещера, служившая конюшней, сохранилась до сегодняшнего дня. Крепления для веревок, которыми привязывали лошадей, каменные ясли вдоль стен, среди них — небольшая площадка, на которой едва поместится человек, — каменное ложе Иоанна. Единственным утешением невольника стала молитва. Он отдавался ей во время работы, в минуты отдыха, а иногда его могли увидеть за богослужением в храме. Хозяин уже не препятствовал таким проявлениям религиозности Иоанна, поскольку стал понимать причины благоденствия своего дома. Ради Иоанна Господь благословил хозяина изобилием.

Паломники в конюшне,
 где жил Иоанн Русский, г. Ургюп
Став богатым, Ага решился на путешествие в Мекку — священный город мусульман. Во время его отсутствия жена устроила праздник в честь паломничества мужа. Угощая гостей пловом, она посетовала, что супруг не может сейчас отведать вместе со всеми свое любимое блюдо. Иоанн тут же вызвался отправить плов в Мекку. Невзирая на смех гостей, вызванный таким заявлением, хозяйка вручила Иоанну сосуд с пловом, будучи уверена, что он или съест плов сам, или раздаст нищим. Вернулся Иоанн через несколько минут, но уже без блюда.

В тот день Ага застал в своей комнате блюдо с дымящимся пловом. Недоумевая о том, кто мог поставить его в запертой комнате, он еще больше удивился, когда увидел на посуде клеймо своего дома…

Уже никто не сомневался в том, что Иоанн — праведник и чудотворец. Хозяева уговаривали его переселиться из конюшни в дом, но Иоанн до конца жизни не оставил своего подвига. Прожил он немногим более 40 лет. Половину из них — в плену. Вскоре после смерти его стали почитать греки.

* * *
Турки и греки искренне друг друга не любили. Эта нелюбовь родилась несколько веков назад, во времена падения великой Византии. То стихая в молчаливой неприязни, то разрастаясь до кровопролитных стычек, это противостояние показало, что жить в мире на одной территории два народа не смогут. Тогда возникла идея обмена населением. В 1923 г. турки, проживавшие на территории Греции, переселились в Турцию. Грекам тоже предстояло вернуться на родину. Два миллиона человек ушли с насиженных мест. Покидая родной Прокопион, греки забрали мощи Иоанна Русского. Унесли они и название города, дав его имя Новому Прокопиону на острове Эвбея.

Дорога к Неопрокопиону — затейливый серпантин среди оливковых садов, отвесных скал, крошечных горных селений да ослепительных вспышек моря на горизонте. Когда, наконец, попадаешь в городок, то складывается впечатление, что он вырос вокруг храма. На самом деле храм во имя Иоанна Русского — не самая древняя здешняя постройка, но то, что жизнь города вращается вокруг него, — сомнений не вызывает.

Узнав, что пришедшая в храм группа — паломники из Украины, настоятель храма выносит из алтаря сосуд, в котором Иоанн Русский отправил плов своему хозяину. Впрочем, он не похож на блюдо — это скорее неглубокая чаша с крышкой. Приложившись к святыне, обмениваемся несколькими словами со священником. Для понимания знать язык не обязательно: «евхаристо», «евлогите» звучит для православных, как пароль.

Для нашего паломника многое в греческом храме непривычно: двухметровые свечи, заунывное пение одинокого певчего, стулья посреди храма, но все равно понимаешь, что тебе здесь искренне рады. Греки знают, что в ковчеге посреди храма лежит твой земляк.

Голова слегка повернута влево, руки благообразно сложены на груди, из-под покрывала выглядывают худые ножки. При жизни святой истончился донельзя, но к нему идут и идут, зная, что внешность обманчива.

На раке, посреди цветов, лежат странные медальоны. На них отчеканены изображения рук, ног, человеческого сердца, а вот — изображение ребенка. Сразу понятно, за что человек благодарит — за исцеленный орган или за подаренное дитя. Записанных чудесных случаев не счесть…

Иоанн Русский кроме родного языка знал еще и язык любви, благодаря которому стал своим и для турок, и для греков. Взирая на его житие, мы тоже можем выучить этот язык, который понятен всякому народу.
Александр Ворсин
 

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика