Обуховичи

В своем первом — Покровском — приходе в с. Обуховичи Иванковского р-на Киевской области, близ Чернобыльской зоны отчуждения, протоиерей Димитрий Черкашин прослужил 15 лет. Сюда он был командирован в 1995 г., сразу после рукоположения.

Чтобы добраться от дома в Киеве до места служения, нужно было преодолеть около90 километров. Поскольку на машине добираться было накладно, чаще — по крайней мере, в первые годы, — приходилось ездить на автобусе. Если после службы по какой-то причине не успевал на него, «голосовать» на остановке, пытаясь остановить попутку до Иванкова (откуда добираться уже легче), можно было и час, и два. Иногда путь до того же Иванкова — более десятка километров — преодолевался пешком.

На воскресной Литургии в храме, обустроенном в сельской хатке, бывало около 20 человек, в дни праздников — больше.

Как рассказывает отец Димитрий, среди прихожанок было несколько совсем старых: сухенькие, худенькие бабушки лет за 90. Они регулярно приходили на службы (причем, несмотря на возраст, старались бывать и на вечерних), полностью отстаивали их и всем своим обликом напоминали заповедь Христа: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5: 16). Их тихость, спокойствие, умиротворенность, их любовь к богослужению укрепляли окружающих. Одна за одной они потихонечку отошли ко Господу, буквально всех их отец Димитрий похоронил. Среди прихожан остались их дети, сами уже старенькие сейчас.

Приходской костяк составляли женщины старшего — пенсионного и предпенсионного — возраста, мужчина был лишь один. По словам отца Димитрия, мужчины для сельского прихода — вообще феноменальное явление. Что касается детей, существует следующая проблема: до определенного возраста они с радостью ходят в храм с бабушками или мамами, но лет в девять-десять прекращают.
Как выясняется, причиной тому — насмешки сверстников. Впрочем, и взрослые иногда не выдерживают испытания насмешками односельчан и после первого-второго посещения уже не ходят в храм Божий, за исключением разве что больших праздников — то есть в дни, когда храм по традиции посещают многие, когда не посмеются и не осудят…

Глебовка

В с. Глебовка Вышгородского р-на, где сейчас служит протоиерей Димитрий, он едет по той же трассе, что и на прежнее место служения, только расстояние гораздо меньше: не 90, а 30 километров.

В Глебовке когда-то уже был храм в честь Рождества Пресвятой Богородицы, одноименный с нынешним. В 1964 г. его разрушили до основания. Еще до возрождения церкви (которую ее нынешние прихожане строили под началом отца Николая, предшественника протоиерея Димитрия) в селе обосновался раскольник. Многие жители Глебовки, не отличающие раскол от Церкви, к нему привыкли, да так и не отвыкнут до сих пор. По той же причине ограничены контакты отца Димитрия и с местной властью.

— Иногда пытаешься мирно объяснить, что есть благодать Божия, пребывающая в Церкви, — рассказывает отец Димитрий, — а бывают и ряженые, говорящие красивые, но пустые слова. Объясняешь раз, второй, третий, и все равно люди поступают так, как им нравится.
Вот понравилось человеку что-то в батюшке, допустим, усы или глаза, а раскольник он или нет, человеку не важно. Удивительно!

В связи с таким неразличением идею возвести в селе православный храм многие жители Глебовки воспринимали неодобрительно: дескать, зачем в селе еще одна церковь? Но с Божией помощью храм был построен довольно быстро.

Если во многих городских храмах летом немноголюдно, то в Глебовке ситуация иная: в село из Киева приезжают на отдых несколько многодетных семей, и приход оживает.

Но это в дачный сезон. В другое время в храме людей раз-два и обчелся. Иногда на клиросе их больше, чем стоит в храме. Впрочем, батюшка по этому поводу не унывает. Он, похоже, из тех священников, для которых важнее качественные показатели…

Среди постоянных прихожан и клирошан — Татьяна, которая работает секретарем в больнице; Сергей, пенсионер; Ольга, заместитель директора базы отдыха и в прошлом депутат сельсовета (благодаря чему удалось добиться выделения земли под строительство храма); Инна, музыкальный руководитель в детском саду; сестра Инны Галина, которая сейчас тяжело болеет, а до болезни преподавала в музыкальной школе в пгт Дымер, где и сейчас преподает ее муж Владимир, также прихожанин храма в Глебовке.

На своего батюшку они не нарадуются, хотя и «строгонький». По словам Татьяны, он полюбился им с первого возгласа.

Семья

Супруга отца Димитрия, Вероника, всегда поддерживала его, в том числе и во мнении, что служить надо там, где служишь, не ища более комфортного места, а довольствуясь тем, что есть. При этом в церковные дела никогда не вмешивалась.

— И я благодарен ей за это, — говорит отец Димитрий. — Когда она у нас на службе, то может подпевать хору, но не более того. Мне известны и примеры, когда матушки руководят хорами. Это хорошо, если матушка будет только хором руководить. А если она начинает приходом руководить вместе с батюшкой? Или вместо батюшки? — улыбается священник.

Впрочем, его матушка активно вмешиваться в жизнь прихода, наверное, не смогла, даже если бы захотела. Есть чем и дома заняться. В их семье — семеро детей. Четыре девочки и три мальчика. От трех лет до двадцати. Пятеро своих и двое приемных. Инициатива усыновления, точнее удочерения, принадлежала матушке.

— Я тогда с ней поговорил разок, недавно снова переспросил: «Скажи все-таки, что ты в этом видела?». Оказалось, у нее не было каких-то красивых целей, например — сделать доброе дело. Просто она считает, что человек должен трудиться. С пятью детьми матушка справлялась, вот и взяли еще двух девочек… При этом матушка не планировала усыновлять или удочерять кого-то конкретно. Каких дали — таких и взяли…

Денежный вопрос

Когда говоришь со священником, служащим в малолюдном сельском приходе, трудно удержаться от вопроса о средствах к существованию.

— Понятно, что проблема доходов в селе всегда будет существовать, — констатирует отец Димитрий. — Всегда. Потому что в селах нет такого количества прихожан, чтобы они могли содержать священника, разве что священника-монаха. О Западной Украине я не говорю, потому что там действительно другая картина с посещаемостью храмов. Но здесь, у нас… По крайней мере, те священники, с которыми я разговаривал, всегда жалуются, что в сельских храмах по пять-десять прихожан.

В разговоре с одной из постоянных прихожанок храма в Глебовке, Татьяной, выясняется, что пожертвованных денег иной раз недостаточно даже для того, чтобы возместить священнику расходы на бензин.

— Представляю, какое у них состояние, — рассказывает отец Димитрий о своих переживаниях по этому поводу. — Это очень хорошие люди, они, бывает, смотрят на меня такими глазами, словно думают: «Когда он уже скажет, что уходит от нас, потому что мы его не содержим?». Они ведь тоже переживают за меня, переживают, что не могут дать больше. Откуда? Они и так дают и делают все, что могут.

В ходе разговора о скудных приходских доходах отец Димитрий неожиданно заявляет:

— Знаете, так сложилось в моей жизни, Господь так устроил, что проблем с деньгами в нашей семье не существует. Чем больше у нас рождалось детей, тем легче нам становилось жить. Например, готовить, когда много детей, матушке приходится не намного больше — на две-три порции, что нетрудно для нее. И люди у нас все-таки есть хорошие. Одни вещи принесут, другие денег дадут; эти пожертвовали на машину, а те спрашивают, как у нас обстоят дела с оплатой коммунальных услуг… Недостатка в продуктах мы тоже не испытываем. Многое, конечно, зависит от семьи, от характера отношений между супругами, — добавляет мой собеседник.

По мнению отца Димитрия, священник не должен думать о том, как ему заработать.

— Он должен ехать в храм с мыслью о том, что едет служить, молиться, чтобы люди вместе с ним молились, вместе «едиными устами и единым сердцем» призывали Бога. Главное в нашей жизни — научиться молиться, молиться вместе в храме Божием. А если священник через слово молитвы будет вспоминать, что у него дома голодные дети, то это будет неправильно. Проблема, конечно, существует. Как ее решать? Думаю, если настроиться на то, что Господь всегда поможет, то Он поможет. Я это так явно увидел на примере своей семьи, что сейчас иногда даже задаю себе вопрос: «Зачем так много?». То есть нам хватает на все, мы ни в чем не нуждаемся.

ПРИЗВАНИЕ

Отец протоиерея Димитрия — Василий Черкашин (†1993) — был священником, последнее место его служения — столичный Крестовоздвиженский храм на Подоле. Мама — Елена Федоровна, — вырастив четверых детей, после смерти супруга, уже в преклонных летах, приняла монашество с именем София и, будучи почти обездвижена после перенесенного инсульта, в последние годы своей земной жизни несла молитвенный монашеский подвиг на дому (в свое время о ней писала «Церковная православная газета» (см.: № 6 за 2008 г.)). Старшая сестра отца Димитрия, Ирина, — мать известного в Киеве священнослужителя — протодиакона Иоанна Диденко. Еще одна сестра, Александра, — супруга протоиерея Павла Латушко, настоятеля храма в честь иконы Божией Матери «Взыскание погибших» г. Минска. Зная это, священство отца Димитрия Черкашина воспринимаешь как нечто органичное и само собой разумеющееся.

Однако священником он решил стать не сразу. До своего священства успел побыть поваром: учился в кулинарном училище, работал в ресторане. Со временем понял, что не на своем пути, что дело, которым ты занимаешься, надо любить.

Он благодарен отцу за то, что тот не заставлял его быть священником. И по отношению к своему старшему сыну отец Димитрий придерживается той же позиции; он против искусственной стимуляции «трудовых династий» в священнической среде, против того, чтобы человек стремился стать потомственным священником, если на то не будет особого призвания.

— К примеру, я до определенного времени не до конца понимал, что такое священство, хотя у меня папа был священником, — говорит отец Димитрий. — Сейчас понимаю, что это не работа, даже не служение, это просто жизнь.

— Образ жизни? — пытаюсь вывести собеседника на более точную формулировку.

— Священство — это жизнь, — повторяет отец Димитрий. — Жизнь, которая неразделима на части. То есть нельзя послужить, выйти из храма и перестать быть священником; священник даже когда кушает, делает это как священник. Понятно, что все мы с недостатками, но в идеале должно быть так.

В ответ на вопрос о том, какими качествами нужно обладать современному священнику, отец Димитрий «несовременно» называет только одно — молитвенность.

— Мне этого не хватает. И я вижу, что это — то единственное, что может тебя подкрепить. Административные качества все-таки второстепенны. Можно быть хорошим администратором и растерять всю свою паству. Конечно, все мы разные, у каждого священника — своя жилка в характере. И все-таки священнослужителю нужно быть молитвенником. Если у нас нет молитвы, все тяжело. Если нет молитвы, все остальное не приложится. Это будет не служение, а исключительно работа. Все брани, какие только существуют, направлены против молитвы. Впрочем, я согласен, что современные условия требуют от священника еще и общительности.

По словам протоиерея Димитрия, священническое служение — это не праздники, а трудовые будни, ежедневный кропотливый труд. Но важно не расслабляться. И не привыкать.

— Привыкание опасно, понимаете, — говорит мой собеседник. — Привыкание к Православию, к святыне, к храму. Когда возникает ощущение, что все стабильно, все хорошо; пришел в храм как обычно, почитал, сказал, сделал… Такое привыкание «приземляет». Человеку, а особенно священнику, нужны встряски, нужны трудности. Например, пришел раскольник и поругал тебя, где-то кто-то тебя обличил — все это нам нужно; «горе вам, когда все люди будут говорить о вас хорошо!» (Лк. 6: 26). Поэтому все-таки неплохо, когда что-нибудь нас «встряхивает», держит в тонусе. Надо же нам трудиться…

* * *

Наш разговор с протоиереем Димитрием Черкашиным состоялся в канун Недели о расслабленном. Большая часть беседы прошла в малолитражке отца Димитрия, по дороге на всенощное бдение и обратно. В этот день на богослужении в храме в честь Рождества Пресвятой Богородицы с. Глебовка было пятеро прихожан, включая троих на клиросе. Не так уж и мало в свете евангельских слов: «…где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18: 20).

 

 Михаил Мазурин

 

One Response to Приходские будни

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика